Свод наилучших текстов на различные вопроса

Интересное, правильное, развивающее

Новости

«Кровь, ад и полный трындец»

«Кровь, ад и полный трындец» Московский дизайнер, исследователь и студентка НИУ ВШЭ Полина Соколова написала книгу, посвященную явлению хоть и заметному, но малоизученному — ЖКХ-арту. Да-да, это они — привязанные к деревьям в наших дворах зайчики и мишки, лебеди из шин, похожие на монстров Чебурашки, грибочки из мисок и ветки из крышек.

Что это: искусство или социокультурный феномен? Когда и где возникло это явление? Выживет ли оно в современной Москве? Об этом МОСЛЕНТА поговорила с Полиной.

МОСЛЕНТА: Чем вас так привлекла эта тема? Сама я из Воскресенска, расположенного в 100 километрах от Москвы. Это очень маленький город.

И очень серый. И очень скучный. Чтоб вы понимали, там скучают абсолютно все. Но особенно — люди в возрасте, потому что там нет ни работы, ни кафе, ни каких-то развлечений. Так что не удивительно, что я оттуда уехала, поступив в Высшую школу экономики изучать дизайн и заниматься разными исследованиями.

Тут-то я и задумалась: изучать интересно то, что тебя трогает, а что трогает меня? А с самого детства меня трогала тема ЖКХ-арта. Мне было интересно, что это, откуда пошло. Почему приняло такую форму. Предполагаю, что иного арта в вашем городе и не было?

Ну, да. Потому что там, где я живу, единственный способ себя развлечь, это создавать что-то из подручных материалов, так как других материалов там тоже нет. Во дворе моего 14-этажного дома, например, жители тоже создают разные объекты из старых игрушек и выращиваю цветы, поделив всю землю на персональные клумбы.

И, пока я иду к электричке, чтобы ехать в институт, я вижу такую галерею ЖКХ-арта на каждом шагу. То есть, судя по всему, вас это капитально перепахало. И от созерцания вы перешли к исследованию, классификации и написанию книги «Как воспринимать ЖКХ-арт?». Давайте начнем с базового: что это вообще такое? Вы про четкое определение?

Попробую сформулировать. ЖКХ-арт — это народный способ украсить и благоустроить дворовое пространство с помощью подручных материалов, возникающий в силу того, что местные ЖКХ-службы украшательством и благоустройством заниматься категорически не хотят. «Арт» — это значит «искусство». Вы уверены, что это — именно тот случай, когда уместно употреблять данное слово? В своем исследовании я как раз пыталась ответить на вопрос, можно ли назвать это явление искусством или оно, скорее, социокультурный феномен.

И вот к чему пришла: это не искусство только до того времени, пока критики не станут относиться к нему всерьез, и пока создатели объектов не узнают, что производят культурные объекты. Пока этого не случилось, поэтому сейчас ЖКХ-арт — все же феномен. Феномен общемировой или чисто российский? Это исконно русское явление!

Такого нет нигде в мире. Да, за границей есть что-то похожее: остров погибших кукол в Мексике, детская площадка из турбин и лопастей самолета в Нидерландах, парк скульптур Вейо Рёнккёнена из Финляндии и двор Бодана Литнянского из Франции. Но — есть важные принципиальные различия.

Приведете пример? Главное — это, конечно, используемые материалы. Если у кого-то в Европе возникнет идея украсить двор подручными средствами, он будет использовать… ну, старые куклы.

То есть что-то изначально готовое. А в России все делается своими руками. Только у нас — причем, очень часто — встречаются Чебурашка и лебеди, собранные из шин, мозаика из металлических бутылочных крышечек, шелестящие на ветру «ветви плакучей ивы» из колечек от жестяных банок, что-то из пластиковых бутылок… Другими словами, наши люди творят из говна и палок. Да, причем их примеру начинают следовать и профессиональные художники, выставляющие за рубежом свои изделия из шин.

Но вот в это «говно и палки» я бы вкладывала положительный смысл, потому что… Почему их используют? Да, потому, что больше у людей ничего и нет, но они все равно упрямо пытаются создать что-то прекрасное. Вы, как исследователь, делите ли произведения ЖКХ-арта на жанры? Ну, например, реализм, абстракция, что-то еще? Нет.

Только по наиболее часто встречающимся объектам и материалам. Вот Чебурашки. Вот лебеди.

Вот шины. Вот бутылки. Вот забор и рисунок или надпись на нем. То есть жанров нет, но есть типология?

Да. По этому принципу я делю произведения ЖКХ-арта на: предтечи-клумбы (преимущественно из шин, реже из бутылок, упаковок от йогурта или иного материала), шинное искусство (это преимущественно лебеди, реже другие представители флоры и фауны), мягкое царство (мягкие игрушки, одиночные или садово-парковые инсталляции, состоящие из десятков старых игрушек), зверьков (реальных и вымышленных), Homo Insipiens (это человек неразумный во всем своем величии), храм души (религиозные объекты, тотемы), городские групповые ансамбли (например, дворы Южного Бутово) и ЖЭК-арт как современное искусство Кто вообще они, творцы всего вышеперечисленного?

В основном, ЖКХ-артом занимаются те, у кого нет работы, зато много свободного времени. Но мотивация у всех разная: самореализация, способ выплеснуть эмоции, борьба с одиночеством, желание создать произведение искусства… …смазать, как говориться, серую краску будня. Ну, да. И еще вот это: представьте двор возле обычной пятиэтажки.

И как-то только ты создаешь в нем объект ЖКХ-арта, тебя немедленно начинают узнавать люди. Теперь они с тобой разговаривают, что-то спрашивают, предлагают какие-то материалы. Все! Ты дворовая звезда, а еще вчера тебя никто не замечал! Я, скажем, знаю в своем дворе каждую бабушку из тех, которые там что-то делают — привязывают к деревьям игрушки, делают из маленьких тазиков с помощью краски мухоморы, расставляют цветочные горшки, вставляют в землю разноцветные бутылочки.

Моя мама, например, расписала дверной звонок: он у нас теперь как лицо девочки, а провода — как косички. И, да: как правило, этим занимаются жители маленьких городков. Хотите сказать, что в Москве ЖКХ-арта нет? Есть. Но — исключительно на окраинах, что вполне объяснимо.

На «пятиэтажных» окраинах столицы ведь живут примерно тех же люди, что и в провинциальных городах — у них примерно один уровень зарплат, примерно тот же образ жизни, примерно то же окружение, примерно идентичное представление о красоте и благоустройстве… …и примерно одинаковая кипучая энергия. Вы можете выделить наиболее выдающиеся столичные арт-объекты? Столичных нет.

Для меня на первом месте прочно держится деревня Вострижанье в Нолинском районе Кировской области. Она стоит прямо у трассы. Живет в ней всего один человек — Мария Шишкина. Но, проезжая мимо ее дома, останавливается практически каждый. Потому что… Это просто какое-то безумство!

В свое время она все это сделало для своего сына. Но тот давно подрос, ему это не нужно, поэтому и дом, и участок находятся в далеко не лучшем состоянии. Но это надо увидеть, конечно! Ничего подобного в Москве, конечно, нет и не будет. Может, и к лучшему?

Положа руку на сердце, большинство произведений ЖКХ-арта — ад, трындец и кровь из глаз. Некоторые картины современных художников тоже, знаете ли, кровь, ад и полный трындец. Но я могу не идти на выставку, избавив себя от возможности их созерцать. А не видеть голубого пони и нездорово-зеленого петуха, привязанных к сирени у моего подъезда — не могу.

И это регулярно насилует мое чувство прекрасного. И что вы предлагаете? Регулировать? Любое улучшение извне немедленно убьет ЖКХ-арт как явление, превратив его в обычный паблик-арт.

Здесь же как раз смысл в том, что все создается людьми, далекими от искусства. А они делают, как могут. Кстати, существует ли у ЖКХ-арта хронология? Ну, хотя бы точка отсчета? Это же, как я понимаю, чисто советская фишка?

Я пришла к выводам, что эта фишка куда древнее, потому что пошла еще от славянских идолов, которых люди создавали, из чего могли, и устанавливали возле своего жилища. Так что корни ЖКХ-арта тянутся из Древней Руси. Другое дело, что в СССР вот этот религиозный аспект полностью исчез. На смену ему пришел «советский ЖКХ-арт», смыслом которого стало уже украшение.

Люди пытались внести радость в послевоенную жизнь? Нет, это явление расцвело в 60-70-е годы, когда во дворах стали делать большие площадки, а в больших городах появились так называемые спальные районы — серые, безликие и однотипные. Люди переезжали в них и тут же пытались создать с помощью подручных средств хоть какую-то красоту и уют. И вот что любопытно: если следующему поколению все это казалось уродством, то сегодня ЖКХ-арт вызывает огромный интерес исследователей — социологов, урбанистов, архитекторов, дизайнеров — и едва ли не любовь у молодежи. Это как-то объяснимо?

У молодежи ЖКХ-арт уже не ассоциируется с бедностью, а потому не несет социального бэкграунда. Они смотрят на все уже не изнутри, а со стороны. И это позволяет увидеть все немного иначе. Как думаете: есть ли перспектива трансформации ЖКХ-арта, его перехода на новый качественный уровень, отхода от шин, говна, палок, Чебурашек и лебедей?

Я, кстати, видела и сделанного из шин пятиметрового Годзиллу… Но, отвечая на ваш вопрос: не думаю. Мне кажется, что это явление, увы, уйдет вместе с создающим его поколением. Так что у нас сегодня есть редкая возможность все это наблюдать, фиксировать и запоминать. Еще лет 50 — и ничего от ЖКХ-арта не останется, тем более, что используемые там материалы очень недолговечны.

Надеюсь, что в делу сохранения этой памяти поможет и моя книга. Осталось только собрать на нее деньги и запустить тираж.

<< Вернуться на предыдущую страницу